пятница, 3 апреля 2015 г.

Пештолич Е. Несколько слов о поэзии Николая Колычева

Если мы нужны друг другу пока еще,
Значит, есть еще на что нам надеяться.
Скоро листьев и ветвей оборвётся связь,
Дождь рассыплет по земле капли дробные.
Я, наверно, лишь сейчас понял в первый раз:
До чего прекрасно жить, люди добрые.

Спасибо огромное Николаю Колычеву за радость сопереживания и возможность сотворчест-ва.Сопереживание в творчестве — это всегда, во-первых, радость узнавания. Я узнаю в произведениях Николая важные для меня (и для многих других) вопросы, проблемы и пути разрешения их. Символизм в творчестве Николая Колычева потрясает. На обороте любой российской монеты изображен Георгий Победоносец со змием. Этот символ, как известно, означает уничтожение врага не внешнего, а внутреннего, а именно необходимость победить дракона в себе.

В творении Н.Колычева "Оборотень" я увидела убедительную иллюстрацию жестокой, самой важной в жизни борьбы и победы человека над главным врагом — внутренним зверем.
Одно, впрочем, смущает:

И я ему не смог сказать: "Не надо".

Но, может быть, я неправильно поняла смысл этого стихотворения? Пусть так. Все равно в каждом произведении Николая мне видится пророческое знание истины, которое воспламеняет и зовет к собственному прорыву сознания.

Природы ласка.
Нежная краса.
На ветках ожерелья из жемчужин.
Последний снег восходит в небеса,
Нисходит свет небес в ручьи и лужи…

Ручьи, ручьи…
Мне ваш напев знаком,

Мне столько раз вот так же петь хотелось!
Иль, словно лист, зелёным языком,
Вылизывать из неба хмурь и серость.

Неудержим к цветению разбег,
Не молкнет звонкий луч в живом кристалле
Воды.
Её земле оставил снег…
Что я земле взамен себя оставлю?

Только гениальный поэт в размер небольшого стихотворения может уместить значение великой Природы, свернув его в крохотный живой кристалл воды, пронизанный несмолкающим звонким лучом. И здесь же природа одухотворена образом нежной сущности, вылизывающей зеленым языком из неба хмурь и серость.
Жаль, что я — не композитор. Это маленькое, как драгоценный, многогранный кристалл, стихотворение можно воспринимать как содержание программного симфонического произведения.
Сознает ли сам поэт, как он велик?

О, таинства, забытые людьми!
Мне от наук понятнее не стало,
Как я, в себя вобрав весь этот мир,
В нём растворяюсь, став частицей малой.

Конечно, сознает. Ведь известно уже всем о целесообразности Природы.

Я ведь тоже природа —
Как ветер, как лес, как трава…

В поэзии Николая Колычева есть всё: и "нежный трепет запева", и "черный ужас конца". Но главное — знание Вечной Истины и пути к ней:

Спаси меня, земля! Я так устал,
Живя во зле. Я болен жаждой мщенья,
А от тебя исходит доброта.
Прости меня и научи прощенью.
. . . . . . . . . . .

Идущим по слезам да по крови
Вовек не суждено дойти до счастья.
Не противостоянью, а согласью
Учи меня, земля,
Учи любви.

Колычев знает Любовь, Любовь как Бог, как цель и средство:

Душою чуткой, сердцем зрячим
Люби! Люби, пока дано…
Тот о небесном не заплачет,
Кто не нашёл его в земном.

И после этого совсем не страшно читать:

Мне давно уже ничто не страшно,
Мне давно не радостно нигде
. . . . . . . . . . .

Эти сумерки жуть таят,
И глазами грозящих дул
Зачернела свирель моя —
Белогубый в неё задул.
. . . . . . . . . . .

Как мало света и тепла!
Как жутко жить на этом свете!


Не страшно ни за себя, ни за него, потому что в итоге:

Я приемлю и эту жизнь,
Я восславлю и этот мир.

и

Меня приговорили — жить.
Помилования — не будет.

Это гарантия того, что замечательный поэт вернется к нам всегда после кратковременного выпадения...

Поэты выпадают в небо,
Когда им тяжко на земле.

Несмотря на то, что Николай Колычев — из "чутких", я желаю ему долголетия.

Но попробуй долго протянуть,
В долголетье чутких — мне не верится.
Сотни бед на части рвут страну,
А страна — она у многих в сердце.

Хотя в словах "мне не верится" отсутствует категоричность, я категорически верю, что он должен долго жить и успеть многим еще открыть дверь в мир Поэзии, помочь своим читателям жить вдохновенно.