понедельник, 4 февраля 2013 г.

Николай Колычев. Сухари


Я взял буханку. Сжал ее слегка

И отпустил... Буханка тихим вздохом

Отозвалась... Упруга и мягка...

Она нисколько за ночь не усохла!

Луч света встрепенулся на столе.

И вдруг доска мне показалась плахой!

Да что со мной? Ведь это — просто хлеб.

Так почему же я дрожу от страха?





... Я резал хлеб, но слышал плач людей,

Отрезанных навеки от отчизны.

Я резал. Резал лезвием идей,

Я отрезал куски — войне — от жизни.

Я резал хлеб, но слышал визг свиней

И хрип коров, зимой забитых мною.

Я резал по живому, по стране,

И плакал над страной и со страною.

Я резал, резал, словно чумовой,

Но, раскромсав ее до середины,

Отбросил нож. Уткнулся головой.

Стал обнимать, сбирая воедино...




Да разве что соединишь теперь?

Необратимо многое в природе.

В народе говорят — семь раз отмерь...

Ах, только ль это говорят в народе!

Разбросан хлеб ломтями на плите.

Его, корежа, судорога сушит...

Нет!

Я стоял над душами людей,

Страной, народом быть перестающих.

Вот так же сохнут семьи, если вдруг



Разрежет кто-то родовые связи,

Вот так же сохнет вся земля вокруг...

А я не потому ли сохну разве?

Ведь как плита раскалена страна,

И сухари уже черны и ржавы...

Пора в мешок. И пусть приснится нам

Буханка неразрезанной державы.


1993




Колычев Н. Есть у каждого Русь изначальная. – Мурманск: Просвет. центр «Доброхот»; Добромысл. – 2005. – С.52.